От вундеркиндов до ветеранов

БОРИС БАРАБАНОВ,
Газета "КоммерсантЪ",
27 февраля 2013 года

 

В Москве прошел 13-й международный фестиваль "Триумф джаза". О главных героях ежегодного джазового форума — БОРИС БАРАБАНОВ.
Первый концерт в Московском международном доме музыки (ММДМ) открыл ансамбль, в составе которого играл уникальный молодой музыкант — незрячий пианист Олег Аккуратов. История этого 23-летнего феномена из Краснодарского края тянет на отдельную биографическую кинокартину — собственно, таковая существует. Олегу Аккуратову посвящена первая и единственная режиссерская работа Людмилы Гурченко "Пестрые сумерки". Олег Аккуратов научился читать ноты по системе Брайля. Юный вундеркинд с абсолютным слухом выступал на одной сцене с Монтсеррат Кабалье; ему доводилось играть в резиденции папы римского; его даже занесло на программу Андрея Малахова "Пусть говорят". К чести продюсера "Триумфа джаза" и ведущего фестивальных концертов Игоря Бутмана надо отметить, что он не стал воспроизводить на сцене яркие подробности биографии музыканта, а просто дал ему сыграть с коллегами и спеть в одиночку — под аккомпанемент рояля. Квартет, в составе которого Олег Аккуратов появился на сцене, продемонстрировал легкую, даже игривую манеру исполнения, причем фрагменты популярных эстрадных пьес вполне органично соседствовали с джазовыми стандартами и классическими мелодиями. Олег Аккуратов сорвал заслуженную овацию. Он показал отличный исполнительский класс — как в джазовом музицировании, так и в исполнении классического репертуара, а также уместно сопровождал игру ансамбля скэтом и битбоксом и прекрасно пел a capella. 

Следом сцена оказалась во власти трио пианиста Билла Шарлапа. Эти американские музыканты в программе вечера отвечали за строгое, хрестоматийное джазовое музицирование. Без такого рода участников невозможно представить себе "Триумф джаза". Кто-то должен устраивать своего рода мастер-класс в рамках форума, показывать как надо, не отклоняясь от традиции. 

Плавное течение вечера буквально разорвал легендарный бостонский барабанщик Рой Хейнс, приехавший в Москву вместе со своим Fountain of Youth Band. Сообщив публике о том, что "через несколько недель Рою Хейнсу исполнится 175 лет", Игорь Бутман был не так далек от истины, как кажется. Рою Хейнсу 87 — он единственный из живущих музыкантов успел поиграть с Чарли Паркером, Лестером Янгом, Майлзом Дэвисом, Джоном Колтрейном, Сарой Вон и Телониусом Монком. Рой Хейнс вышел на сцену ММДМ, но за барабаны сел далеко не сразу. Он сначала дал каждому из коллег по ансамблю сыграть маленькую увертюру, а потом вдруг начал бить чечетку, медленно передвигаясь по сцене. Не переставая стучать каблуками, Рой Хейнс быстро наладил контакт с публикой, которая была от него в восторге с первых секунд. Сев за барабаны, он сыграл вместе с группой несколько пьес в самой классической свинговой манере, а потом снова перетянул внимание на себя, выдав длиннющее соло, используя лишь хай-хет. А впереди еще были новый эпизод со степом, стук палочек по подмосткам, перекличка с партнерами и новые ансамблевые вещи. В какой-то момент показалось, что у музыки Роя Хейнса нет ни начала, ни конца. Ритм постоянно звучит в его голове, просто иногда он выпускает его на волю, а иногда невидимый звукорежиссер прибирает стук палочек господина Хейнса на своем пульте. 

В этот же вечер можно было успеть на выступление гитариста-виртуоза Ли Ритенаура, который дал концерт в клубе Игоря Бутмана на Чистых Прудах. Большой удачей было наблюдать столь масштабную фигуру джаза в уютном клубе со столиками буквально на расстоянии вытянутой руки. Ли Ритенаур показал все грани своего таланта, играя на разных инструментах в разной манере, но главное, что ему удалось, это продемонстрировать во всей красе именно игру ансамбля, не выпячивая свой всеми признанный талант. Показалось даже, что барабанщику его группы досталось больше восторгов — музыкант играл, жонглируя палочками и отбивая ритм, не только стуча в бас-бочку, но и используя дополнительный каубелл с педалью. На фоне исполнительской эквилибристики артистов особенно трогательно выглядела пьеса, в которой Ли Ритенаур играл на гитаре с фальшивым корпусом Yamaha серии Silent, а бас-гитарист его группы взял в руки и вовсе экзотический инструмент — семиструнный бас. Возможности последнего позволили дуэту добиться невероятного лиричного и нежного саунда. Доведя публику чуть ли не до слез, группа Ли Ритенаура вернулась к громкому звуку и принялась за регги и рок-н-ролл. 
Подробнее:http://www.kommersant.ru/doc-y/2135506