Саксофонист Бутман джемует в ночной Москве

Майкл Джексон,
журнал “Downbeat”,
июнь 2011 года

Только положив трубку после разговора с Игорем Бутманом (он был на своей даче под Москвой) я осознал, что наше интервью было назначено на 3 ночи по московскому времени. Активная деятельность в столь поздний час – не новость для саксофониста из Ленинграда, которому удаётся держать два джазовых клуба, носящие его имя, в российской столице. В 1999 году на сцене LeClub, другого известного джазового клуба, в котором Бутман был арт-директором, Уинтон Марсалис джемовал с ним до 6 часов утра. “Мы с Уинтоном большие друзья, и он сдержал слово, которое дал той ночью,” - говорит Бутман. “Он пообещал пригласить мой биг-бэнд в Линкольн-центр, и спустя четыре года мы там действительно выступили”. 

Положение Бутмана как российского джазового посла и пропагандиста совпадает с положением Марсалиса в Соединённых Штатах. Трубач дал Игорю много советов по созданию и развитию джазового центра в Москве, эквивалентногого Jazz at Lincoln Center. Проект площадки ещё находится в стадии разработки, а пока Бутман занят продвижением российского джаза за рубежом. “Это борьба за то, чтобы убедить мир в том, что у нас есть не только балет, классическая музыка, оружие и ракеты,” - говорит Бутман. В дополнение к собственному оркестру, состоящему из 16 человек, и квартету, Бутман недавно запустил свой лейбл Butman Music, после того, как корпорация Sony BMG провалила международный релиз его отличной пластинки 2007 года “Magic Land”. 

На Butman Music вышли альбомы пианистов Андрея Кондакова и Ивана Фармаковского, барабанщика Олега Бутмана (брата Игоря) и его жены, пианистки Натальи Смирновой, и трубача Александра Беренсона. Диск трубача Вадима Эйленкрига, “The Shadow of your smile” - это, безусловно, шаг в направлении smooth jazz, однако Бутман, учителем которого был сам Гровер Уошингтон-младший, совершенно этого не стесняется: “Вадим – это русский ответ Крису Ботти. Я не хочу ограничивать себя мейнстримом. Люди критиковали Фредди Хаббарда, когда он выпускал пластинки на CTI Крида Тейлора, но сейчас Red Clay – это классика”.

Бутман эмигрировал в Соединённые Штаты в 1987 году по совету Гэри Бёртона и поступил в Berklee College of Music. Он переехал в Нью-Йорк из Бостона в 1989 году, а затем в 1995 году вернулся в Россию. Сын инженера, который подрабатывал музыкантом, Бутман с раннего возраста стал заниматься с известным саксофонистом Геннадием Гольдштейном. В то время он также слушал джаз в вечерних передачах на Голосе Америки и на стоивших бешеные деньги пластинках, импортировавшихся из Болгарии. Переключившись с классического кларнета на джазовый саксофон в музыкальном колледже имени Римского-Корсакова, он жадно впитывал музыку Кэннонбола Эддерли и Хэнка Мобли и подглядывал приёмы игры у Гэри Бартца, Джонни Гриффина и Джорджа Коулмана. Однако влияние Майкла Бреккера на Игоря оказалось наиболее значительным. “Я влюбился в игру Майка с тех пор, как услышал Heavy Metal Be-Bop и сделал транскрипции всех его соло,” - говорит Бутмана. Спустя годы, Бутман позвал Бреккера поучаствовать в записи альбома. “Он попросил позвонить ему завтра в полдень: я сидел и ждал этого момента с часами в своих руках. Так как я очень много работал с Рэнди, он согласился сыграть на “Mercy, Mercy, Mercy”, но денег не взял”.

Манера игры Бутмана – балансирующая между выдержанностью и яростной атакой – привлекла внимание Марсалиса (к слову, он гостит на альбоме Биг-бэнда Бутмана “Moscow @ 3 a.m.”) и Билла Клинтона. “Друзья Билла пригласили меня выступить на торжествах по поводу его дня рождения, однако накануне сам я планирова отпраздновать день рождения, и ко мне должны были прийти люди из Кремля”, - говорит Бутман. Проджемовав до рассвета на своём празднике, утром Бутман на вертолёте добрался до Калуги (в 150 км от Москвы), где отыграл классический концерт, после чего успел на самолёт до Нью-Йорка – как раз вовремя, чтобы устроить сюприз Клинтону. Несмотря на такую известность во всём мире, Бутман признаёт, что есть свои трудности в популяризации российского джаза и управлении сразу двумя джазовыми клубами, лейблом, двумя джазовыми фестивалями – Триумфом Джаза и Акваджазом в купе с разработкой амбициозного проекта московского джазового центра.

Очевидно, что он заимствует стратегии Марсалиса и нью-йорской сцены в целом. Марсалис сотрудничал с Уилли Нелсоном и Эриком Клэптоном, Бутман, в свою очередь, делает проекты с российской рок-звездой Сергеем Мазаевым и поп-/джаз-вокалисткой Ларисой Долиной, также он много гастролирует с виртуозными альтистом Юрием Башметом и пианистом Игорем Райхельсоном.

Бутман. такой же энергичный, как и стиль его игры, будет праздновать своё пятидесятилетие в октябре (как и Марсалис). Кажется, мощный джем до рассвета гарантирован.